О двойных посланиях и расщеплении

Стоимость онлайн консультации психолога

Двойные послания – это когда мозг получает послание, что одна и та же вещь и черная, и белая одновременно.

This article written only for my good friend Bogdan. Двойное послание – это когда одновременно транслируются два противоречивых сообщения. Например, невербаликой транслируется одно, а словами – совершенно противоположное.

Что такое двойные послания?

На вопрос “Будешь конфету?” я однажды получила в ответ протянутую к конфете руку, и словесное сопровождение этого жеста: “Нет”.

Этот пример столь выпуклый, что в этом случае легко обнаружить противоречие.

Но двойные послания, которыми частенько пронизана коммуникация между людьми, часто выглядят куда менее заметными.

Например, родители могут говорить ребенку “Ты должен слушаться старших”, и одновременно “Почему ты такой безынициативный в школе? Надо быть активным!”.

Или “Знай, что я тебя люблю и приму тебя любого”, но в случае поступков, которые не нравятся, родитель/партнер может эмоционально отстраняться или как-либо еще невербально отвергать/наказывать.

Или вот хрестоматийный пример формирования шизофрении: мама приходит в больницу к ребенку, и когда тот тянется к ней, она невербально демонстрирует отклонение. И когда ребенок реагирует на отстранение, останавливая свой импульс к объятию, мама обиженно говорит: “Ты меня не рад видеть”.

В общем, двойные послания – это когда мозг получает послание, что одна и та же вещь и черная, и белая одновременно.

Например, флирт может сдохнуть без двойных посланий. Если приглашающее самозабвенное “Ах, уходи, иначе я не удержусь и поцелую тебя” заменить на прямое послание “Не уходи, я планирую тебя поцеловать”, то, некий элемент игры, свойственный флирту, уходит вместе с тем возбуждением, которое флирт и порождает. Ведь флирт – это танец, построенный на спонтанном то сближении, то отдалении, своеобразная игра, где возбуждение только нарастает, если чуять когда нужно отпрыгнуть, а когда неожиданно, но приятно приблизиться.
Да и послания типа “ах, дурашка, хватит меня смешить”, при полной трансляции безмятежного удовольствия от происходящего, вполне себе безобидны. “Уйди, противный!” в ту же степь.

Но если флирт строится на агрессивных и амбивалентных посланиях, то дело начинает пахнуть жаренным. Например, “флирт” (не могу это обозначить без кавычек, ибо это больше похоже на агрессивное нападение) может строиться на идеализации, внезапно оборачивающейся обесцениванием. Например, невербальная трансляция сильной симпатии и восхищения, а при ответном отклике и стремлении к сближению, может последовать шрапнель обесценивания “Чой-то ты варежку раззявил, подлец!”.

  Психосоматика: Жалобы — признак активизации модели болезни

Или сексуальное соблазнение (например, откровенной одеждой, движениями), а при приближении мужчины обдавание его холодом и пренебрежением. Или словестное обозначение “ты мне очень важен(а), нужен/на”, а по действиям избегание встреч и т. д.

Так вот, в таких контекстах двойные послания чаще всего раскачивают возбуждение. Тут главное успеть услышать себя и не перепутать одно чувство с другим. А это очень, очень просто бывает. Ведь само по-себе двойное послание провоцирует амбивалентность чувств, их противоречивость.

Например, уровень чувственного возбуждения от злости может быть очень схож с уровнем сексуального возбуждения. Эти два чувства могут подниматься одновременно, но из-за схожести уровня этого возбуждения, могут путаться. И если нет навыка тонко слышать себя в то время, как возбуждение захлестывает, то подменить злость (которая призывает к дистанции) сексуальным возбуждением (которое призывает к сближению) – как два факса отослать. Более того, злость переживать менее приятно, чем сексуальное возбуждение и вот именно в этот момент начинается самая неприятная и опасная штука, имя которой – расщепление.

Консультация семейного психолога онлайн

Тут важно сказать, что расщепление – штука сильно распространенная. Я не знаю ни одного человека, у которого нет расщеплений. В той или иной степени такая защита есть у каждого (а может быть есть люди совсем без этого механизма, но мне не довелось с ними познакомиться). Я вот, например, ложась спать поздно ночью, могу поставить себе будильник на раннее утро, будучи в абсолютной уверенности, что утром я проснусь и успею сделать зарядку перед работой. Когда в 6 утра звонит будильник, я недоумеваю: как можно додуматься до такого бреда, как вставание в 6 утра из-за зарядки?

Как вырастить эту прекрасную эго-функцию, которая становится проводником между этими двумя изолированными в расщеплении частями, дарующую целостность и свободу от зависимостей?

  Как справиться с ощущением собственной ненужности?

Это самый главный вопрос в психотерапии в теме расщеплений. И, разумеется, одними статьями ее не вырастить. В зависимости от степени расщепления, процесс интеграции может занимать иногда годы. Иногда он необратим, если говорить о глубоких патологических процессах. Но чаще всего, интеграция вполне себе возможна, правда, совсем не быстро. Ибо вырастить заново то, что годами рушилось – дело не быстрое. Такое же не быстрое, как формирование этого психического приспособления. Ведь никто из нас не рождается расщепленным. Нужно долго находиться в среде с противоречивыми посланиями, что бы приспособиться к ней и таки расщепиться. И это, чаще всего, не один год долгих тренировок.

Но я все же попытаюсь коротко описать общие направления движений в этой теме.

Самый главный враг на этом пути – стыд, запрет замечать в себе такие проявления. Хотя, такая психическая защита – это не выбор человека, это следствие адаптации к той среде, где он формировался. А за это нести ответственность невозможно. Зато возможно присвоить себе, что да, сейчас вот такая вот петрушка и я могу с этим чего-то делать, это моя ответственность.

Любой уход в какую-то полярность (например, фокусировка только на том, как все прекрасно) неизбежно влечет за собой откат в противоположную сторону – из идеализации в обесценивание и обратно. Но любой маятник, качаясь, всегда проходит середину. Можно повспоминать эту середину. Можно ее научиться замечать, когда происходит переход из одного состояния в другое. Это важно тем, что сепарироваться (стать целостными, а значит независимым) от человека или привычки невозможно, если вы его/ее считаете плохим или безапелляционно хорошим/хорошей. От уж очень хорошего невозможно отделиться потому что если вы одеваете на кого-то или что-то белое пальто (то есть проецируете на него свою “хорошесть”), то вы неизбежно будете чувствовать себя по уши в дерьме рядом. От плохого невозможно отделиться, потому что снова часть себя где-то гуляет как бы во вне – вы стоите в белом пальто, а на другого (или на что-то) проецируются собственные импульсы и качества, выражаемые обычно в “дурак и не лечится”. Любая крайность – это звоночек к тому, что бы поискать противоположное и одновременно удерживать это не только в интеллектуальной плоскости, но и в чувственной.

  Чему отец должен научить сына

То есть сама по себе способность одновременно оставаться в контакте с двумя противоречивыми импульсами/потребностями/чувствами уже предполагает, что есть третий элемент – та часть, которой вы наблюдаете две остальные и остаетесь в контакте со всеми частями себя, выдерживаете себя, принимаете и можете регулировать экологично для себя и окружающих. Поэтому на этом этапе важно просто осознанно замечать себя в тех моментах, когда получается держать этот баланс контакте со всеми частями себя. Ясное чувствование и узнавание этого внутреннего баланса (а сначала он переживается как сильное напряжение, ибо эта “мышца”, т. е. навык,только-только формируется) позволяет обращаться к нему произвольно, сознательно, что само по-себе достаточно мощный ресурс.

Тревожность, злость, растерянность, ступор, ощущение собственного сумасшествия или даже физическое ощущение тошноты – это естественная и адекватная реакция на на двойные послания. Если их забить, затереть, проигнорировать, можно потерять кусочек себя. Если же уважать свои чувства, относиться к ним с вниманием и искренним интересом, они всегда вас сориентируют в происходящем внутри вас и помогут сохранить целостность.

Что вы почувствовали, прочитав первые строчки этого поста? Вам не показалось странным то, что я написала на английском? Что я написала, что эта статья только для моего друга, но при этом опубликовала ее в общем доступе?

Как вы для себя интерпретировали такую мою странность в написании? Что чувствовали, когда начали, затем продолжили читать статью, обозначенную как послание одному человеку? А может ли быть такое, что вы чувствуете нечто похожее в ситуации противоречивых посланий? И примерно так же объясняете себе противоречивость послания, после чего оно становится не таким уж и странным?опубликовано econet

Автор Ксения Аляева

Добавить комментарий